журнал DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист )
DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Слово редактора. Роксолана Черноба. DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : ART MOSCOW проверенная компания. DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Felieke Van Der Leest. Два чувства DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Fine Art Fair. DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Уэльский великан  Brin Terfel DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Интимный процесс c индустриальным размахом DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Penthesilea. Кровь DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Содержание номера DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : На переправе с Тонино Гуэррой. DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Янковский о Янковском. DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Norman Foster DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #05 : Carolin Carlson
журнал DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист )#05

english version |
 
о проекте |
 
манифест |
 
в номере |
 
архив |
 
редакция |
 
контакты |
 
партнеры |
 

on Top |
 
события |
 
спецпроект |
 
DE I видео |
 
DE I музыка |
 
DE I Media Group |
 
 


 
 

DE I #05: Penthesilea. Кровь

PENTHESILEA  КРОВЬ

Фотограф: Саша Мановцева
Автор текста и модель: Константин Мишин
(актер Театра «Школа драматического искусства»
под руководством Анатолия Васильева)
Продюсер: Роксолана Черноба

Я много видел крови в своем прошлом. Много дрался. В моей трофейной сумке до десяти зубов. В детстве кровь текла из носа, изо рта. В детстве она быстрее вырывалась наружу. Видимо, потому, что она рвалась туда. Особое впечатление кровь производила на льду. Катаясь на коньках, неловко поскользнувшись, ты с хрустом, будто ныряя в застывшую воду, скользишь носом по льду, оставляя на нем алую борозду, истекающую от самого сердца.
Я так же помню окровавленный глаз отца. Мой отец носит очки. Мама, в красивом вечернем бирюзовом платье с бурыми пятнами отцовской крови и разбитыми отцовскими очками в руках, стремительно ввела моего отца по коридору из лифта в квартиру. Его положили на пол. На белый ковер. Нельзя было ни чем, ни придавить сочащуюся кровью рану, ни обработать. Осколки от разбившихся очков искромсали отцу все нижнее и верхнее веко. Удар хулигана был точен и скор. Никто не знал, задето глазное яблоко или нет. Реснички нижнего века болтались на тонкой кожице, как накладные. Щипчиками для глаз мама попыталась вынуть наиболее крупные осколки стекла, те, что неглубоко вошли в ткани глаза и лежали на поверхности. Я принес блюдечко, и пара прозрачно алых кристалликов упало в него. Я смотрел на них, и мне хотелось их потрогать или даже обслюнявить, облизать чтобы отмыть их, как мы с ребятами обычно делали для того, чтобы соорудить в земле из найденных на улице разноцветных стекляшек потайной «секретик», маленький алтарь красоты, небольшую ямку в песке, выложенную изнутри разноцветными стеклышками, в центре которой помещалась записочка с тайным желанием, которое непременно после этого должно было сбыться. Кровавая жертва.

Помню свои впечатления. Когда ты видишь капельку крови на лице противника, ты словно художник, добившийся сокровенного результата. Тебя охватывает восторг. Но в принципе окровавленный нос – это и есть первое гениальное произведение искусства, которое создает ребенок. Последний штрих красной капли, меткий мазок ловкого художника превращает обыденную повседневность в произведение искусства, открывая то, что сокрыто, то, что недоступно без нарушения закона жизни, то, что является тайной. Художник обнажает смерть. Кровь течет – и мир, который, казалось, нерушим и однозначен, открывает свою иную сторону. Когда я рождаюсь, я знаю, я знаком с жизнью. Проживая жизнь с каждой каплей крови, я узнаю, что такое смерть. Я родился, чтобы узнать смерть.

Я видел, как родилась моя дочь. Кровь текла рекой. У меня родился красный ребенок. Маленькая красная мышца, которая сжималась, содрогалась и требовала жизни. После родов я перестал драться. Теперь танцую.

Во время танца мышцы сжимаются, скорость сердцебиения растет, кровь несется с бешеной скоростью по венам и артериям. Просится ли она наружу? Да. Стремительно. Ей надо рассказать правду жизни о смерти. Кровь распирает тело танцора изнутри наружу, скапливаясь в стремительном вращении на кончиках пальцев, будто вот-вот капнет... Как и в драке, в танце «культурный», «интеллектуальный» человек умирает. Все как перед смертью. И чем ближе танцор приблизится к «Смерти», чем больше она им овладеет, тем больше танцор выйдет за рамки обыденности, за рамки человеческих возможностей, за собственные рамки, за рамки своего тела... жизни... к смерти.

Что «Смерти» до человеческого интеллекта, до человеческой культуры?! О чем человек встретившись со своей «Смертью» ведет беседу?.. Каким «Человек» предстает перед «Смертью», встречается с нею? В это мгновение он – «Человек культурный»? Или «Человек интеллектуальный»? Или кто-то другой? Тот, кого мы редко встречаем в нашей повседневной жизни. Тот, кто со смертью на короткой ноге, знает ее, знает, о чем с ней поговорить, на каком языке. Танец выманивает этого скрытого, тайного человека, знатока смерти. Отказавшись от хрупкой противоречивой интеллектуальности, танцор обращает свой взгляд внутрь, в темноту своего тела, в первобытность, в инстинктивность реакций, в нелинейность своего поведения, в начало начал – туда, где живут первобытные мысли, страхи, желания. Он выманивает их из темноты на свет божий, приручает их, темных зверей, вскармливает собственным сердцем, жизнью, здоровьем, для того, чтобы на одно мгновение отдаться им во власть, чтобы на одно мгновение упиться дремучей жаждой крови, чтобы потерять на один лишь миг свой разум, позволить себе стать, быть иррациональным – тем, чем, собственно, и является человек: неведомым, загадочным, таинственным существом.
У взрослых кровь течет в жилах, а не по асфальту. Ее охлаждает разум, ненадолго.
 
----------------------------------------------------------------

Участники музыкального проекта «Penthesilea» не желают раскрывать свои имена широкой публике.
«Penthesilea» – это эксперимент, цель которого – помочь слушателю изменить привычный «ход по жизни» и воплотить в красках и слове самые глубокие и необъяснимые картины подсознания.
DE I не отвечает за последствия, вызванные прослушиванием «Penthesilea», но намерен и дальше публиковать лучшие литературные и визуальные работы, интерпретирующие музыку «Penthesilea».
К сожалению, тираж «Penthesilea» ограничен и распространяется только среди давних и верных поклонников DE I.
 
Р.S. Penthesilea – царица амазонок и участница Троянской войны. Погибла в поединке с Ахиллом. Победитель не смог сдержать восхищения от красоты поверженной Пентесилеи и под горячую руку заколол уродливого острослова Терсита, который воевал вместе с Ахиллом. Образ Пентесилеи символизирует власть женщины, романтику и красоту смертельного поединка.
 
Константин Мишин – автор и исполнитель пластической пьесы на музыку «Penthesilea».
Александра Мановцева при поддержке DE I готовит выставку фотографий для проекта «Penthesilea».

© DE I / DESILLUSIONIST №05.  «PENTHESILEA. КРОВЬ»

Понравился материал?