журнал DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист )
DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Учитель с пропеллером DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Азбука аристократа DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Слуга аншлага DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Окштейн. Власть объекта DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Роксолана Черноба. Слово редактора DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Левин и точка DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Много солнца в холодной воде DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Гамлет средней прожарки DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Ангел потрошитель DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Апокалипсис в Большом. религия, электроника и пластик DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Содержание номера DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Калинаускас. Герой со множеством лиц DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист ) #22 : Троллейбус на рояле
журнал DE I / DESILLUSIONIST ( Деиллюзионист )#22

english version |
 
о проекте |
 
манифест |
 
в номере |
 
архив |
 
редакция |
 
контакты |
 
партнеры |
 

on Top |
 
события |
 
спецпроект |
 
DE I видео |
 
DE I музыка |
 
DE I Media Group |
 
 


 
 

DE I #22: Троллейбус на рояле

ТРОЛЛЕЙБУС НА РОЯЛЕ

Текст и фото: Максим Масальцев

Обычно пианиста Александра Мельникова представляют как продолжателя рихтеровской традиции и лауреата множества премий. Ученик выдающихся педагогов — Льва Наумова и Элисо Вирсаладзе ­— Александр уже давно стал желанным гостем на крупнейших сценах мира. DE I по традиции пытается распробовать «закваску», в которой томится душа талантливого русского солиста.

DЕ I:   Что люди ищут в академической музыке?

А.М.:   Разного. Объективно говоря, на концерте основная часть публики не имеет своего четкого отношения к тому, что слышит. При этом то, что нравится публике, меня в эстетическом плане не привлекает.

DЕ I:   Объясни.

А.М.:   Когда исполняется, условно говоря, старая музыка, надо понимать, что музыкальный язык потерян, и нас удерживает только сохранившаяся эстетическая часть. Это не со всеми авторами, у Баха все настолько здорово сделано, что эстетика с головой накрывает. А ведь эстетика — это всего лишь 10 процентов сочинителя в случае того же Баха, остальное — религиозный и социальный аспекты, которые нам совсем не знакомы. Мы их не слышим и воспринимаем без особого внимания как иностранный язык. Но если музыка прошлого до сих пор исполняется, значит, та, что пишется сегодня, лишена чего-то очень важного. Поэтому исполнитель просто вынужден быть пропагандистом и браться за музыку, скажем, XIX-го века.

DЕ I:   Значит, музыка прошлого будет всегда популярнее современной?

А.М.:   Скорее всего. Если взглянуть на историю, то сначала музыка была скорее ритмом или танцем. Затем появился огромный пласт религиозной музыки, затем светской, и потом уже возникла опера. Академическая музыка стала источником исполнительского искусства только во второй половине XIX-го века. В это же время отношения между композитором и публикой стали «накаляться». Серьезная музыка становилась все более и более непонятной для широкого слушателя, она утратила свою развлекательность. Эта тенденция в наши дни только усиливается, что приводит к не очень приятным последствиям.

Полную версию читайте в журнале DE I/DESILLISIONIST №22

© DE I / DESILLUSIONIST №22.  «ТРОЛЛЕЙБУС НА РОЯЛЕ»

Понравился материал?